В тихих залах Дмитриевского краеведческого музея имени А.Ф. Вангенгейма время течет иначе. Здесь, за стеклом витрин, как будто застыла история края. Большой вклад в создание музея внёс Петр Дмитриевич Виноградский, жизнь которого стала настоящим учебником мужества, служения науке и безграничной любви к людям.
Путь Петра Дмитриевича начался 15 января 1895 года в селе Ломакино Рыльского уезда Курской губернии. Будучи сыном священника, он пошёл по стопам отца и окончил духовное училище в Рыльске и семинарию в Курске. Казалось, его судьба предрешена, но XX век переписал миллионы биографий. В 1916 году молодой человек попал на поля Первой мировой войны.
После окончания военной школы в Тифлисе рядовой гренадерского полка Петр Виноградский прошел через окопы империалистической бойни. Революцию и Гражданскую войну он встретил уже тяжело контуженным человеком. Ранение навсегда подорвало его здоровье.
Учитель по призванию
В 1920 году Пётр Дмитриевич обрёл главное призвание в своей жизни — педагогику. Начинал он работать в Мантуровской школе II ступени Тимского уезда, в затем — Дмитриевской. Виноградский преподавал естествознание и географию, но и сам никогда не переставал учиться: Ленинградские курсы при Центральной педагогической биостанции, Воронежский сельхозинститут, летние сессии юных натуралистов имени К.А. Тимирязева — география его образования впечатляет.
В середине 1920-х годов Петр Дмитриевич полностью отдался краеведению, он возглавляет естественноисторическую секцию Дмитриевского общества краеведения, а вскоре становится председателем Совета общества. Именно тогда закладывается фундамент будущего музея.
Свой кабинет биологии в Дмитриевской школе педагог превратил в настоящий научный центр – аквариумы с рыбами, черепахи, чучела птиц, скелеты животных — наглядная агитация Виноградского работала лучше любых лозунгов. Он организовал кружок «юных покровителей животных», где школьники учились не просто зубрить параграфы, а чувствовали живую природу. Шесть лет он вел фенологические наблюдения, фиксируя малейшие изменения климата родного края. Летом 1928 года его ученики работали вместе с ним на Старо-Першинской биостанции Московского общества испытателей природы — редкая честь для сельской школы того времени.
Голос эпохи
Другой страстью Петра Дмитриевича стала мызыка. Его бархатный баритон звучал на школьных вечерах, исполняя то революционные марши, то пронзительное «Белой акации гроздья душистые…». Эта музыка объединяла классы крепче любой идеологии. Коллеги и ученики вспоминали его как образец педантичной элегантности: стройный, со вкусом одетый, с неизменной аккуратной прической, каллиграфическим почерком и потрясающей способностью рисовать цветными мелками на доске сложнейшие схемы строения цветка или кровеносной системы лягушки. Он прекрасно рисовал, превращая сухие уроки биологии в искусство.
Испытание памятью
Великая Отечественная война застала его уже в Рязани. Из-за прогрессирующей глухоты на фронт 46-летний учитель не попал, работая старшим преподавателем кафедры естествознания в сельскохозяйственном техникуме. С 1945 года и до самого выхода на пенсию в 1957-м он преподавал ботанику в Рязанском педагогическом институте, заведовал кабинетом, пока потеря слуха на 90% не вынудила оставить кафедру. Но настоящая оценка труда учителя приходит спустя годы. Трогательные письма его бывших учениц — Розы Липкиной и Ольги Красновой — читаются сегодня как самый точный некролог, написанный любовью:
«Юность эгоистична, поэтому, будучи школьниками — Вашими учениками, мы… не могли выразить в той мере, как Вы того заслуживали, наше глубокое уважение… Но добрые семена почти всегда дают добрые всходы. Да, Вы сеяли доброе, светлое и прекрасное», — писала Роза Липкина в 1975 году.
Ольга Краснова дополняла портрет деталями: «Вспоминая давнопрошедшие годы, прошедшие в школе, мы всегда вспоминаем и Вас, дорогой Петр Дмитриевич. Вспоминаем, как день за днем Вы вводили нас в мир неизвестного, как с мудростью обучали нас познавать этот прекрасный мир. В каждом своем уроке Вы раскрывали перед нами какую-то новую страницу в познании окружающей нас действительности. Мир животных, с его допотопных времен, с его эволюцией, мы познали от Вас.
А помните, Петр Дмитриевич, как шаг за шагом Вы учили нас познавать человеческий организм. Постепенно мы набирались от Вас знаний от бактерий, инфузорий, туфелек и т.д. до мамонта, до человека. Кто может забыть Ваш кабинет с аквариумами и черепахами, с чучелами птиц и животных, со скелетами рыб, человека и многим, многим другим.
Мы помним даже, как красиво Вы рисовали цветными мелками на классной доске, как каллиграфически Вы делали надписи на своих рисунках. Вечерами мы приходили в Ваш кабинет и любовно ухаживали за животными и неживыми экспонатами. От Вас мы познали любовь ко всему живому в природе».
Петр Дмитриевич Виноградский ушел из жизни 17 октября 1986 года, пережив свою верную подругу и соратницу, учительницу Надежду Алексеевну Гладкову, на два с половиной года. Они покоятся на Скорбящем кладбище Рязани под общим металлическим крестом, где висит мемориальная доска. Вечный покой заказан и на Соловках — в Преображенском монастыре, месте скорби и силы их семьи.
Музеи создаются декретами, но живут людьми. Каждый раз, когда экскурсовод подводит группу к стендам Дмитриевского краеведческого музея, рассказывая о флоре и фауне, незримым соавтором этой экскурсии остается человек с прекрасным баритоном и душой юного натуралиста — Петр Дмитриевич Виноградский.
Благодарим за предоставленные библиографическую справку и фотографии нашу читательницу Татьяну Тарарину
